Рабочая смена, заводская

Рабочая смена,  заводская
28 Сентября 2015
«Учалинский горно-машиностроительный альянс» как таковой уже сегодня не существует. С 28 апреля 2015 года предприятие называется ООО «Машиностроительный завод «РИВС» (ООО «Машзавод «РИВС»).
Пусть меня научат
К подобного рода изменениям отношение у людей настороженное. Но в данном случае никаких глобальных изменений на предприятии не произошло. Поменялось, действительно, только название. Предприятие как работало, так и работает. Занимается изготовлением машин и оборудования для автоматизации горно-обогатительного производства. Производит металлоконструкции и корпусные изделия. Осуществляет монтаж и сервисное обслуживание своей продукции.
По статистическим данным, доля импорта в отечественном станкостроении на сегодняшний день оценивается в 90 процентов, в тяжелом машиностроении - порядка 70. Среди всех отраслей экономики страны - это, пожалуй, самые удручающие показатели. Так что машиностроительные предприятия, сумевшие выжить в очень сложных условиях конкурентной борьбы, достойны уважения уже самим фактом своего существования.
«Я в рабочие пойду, пусть меня научат!», - с этим предложением пришла к руководству завода. Оказалось, сложностей куда больше, чем представлялось поначалу. Во-первых, правила безопасности. Мой молодой учитель, один из лучших токарей предприятия Михаил Пестряков, наотрез отказался подпускать меня к токарному станку. «А где соответствующая экипировка, а самое главное - очки специальные, которые глаза от металлических стружек защищают?», - спросил он меня строгим голосом. После долгих уговоров к станку меня все-таки допустили, но только в качестве подсобной рабочей.
Изящная работа
Сам Михаил окончил местное профтехучилище.
- Вы думаете, отучился, получил профессию и больше ничего не надо? Нет, все меняется, технологии тоже. Дополнительно пришлось отучиться на оператора токарного станка с программным управлением, - рассказывает между делом молодой человек.
Интересуюсь, на каком участке проще работать?
- Каждый из станков на своем месте, - отвечает он уклончиво. Но тем не менее лестно отзывается о станке советского образца - того, что со знаком качества (с которым Михаил, возможно, одного года рождения).
- Все-таки умели тогда делать! - вздыхает он.
Но не будем о грустном. Итак, берем заготовку - металлическую болванку. Зажимаем, как положено, выравниваем и центруем. Все это производится вручную, что и проделываю под неусыпным контролем мастера. А вот установить угол заточки мне не доверили. Он должен быть точным - 45 градусов. Собственно, только после этого начинается само протачивание. От станка подсобницу, то бишь меня, попросили отойти подальше. Ей-богу, даже со стороны наблюдать - ни с чем несравнимое удовольствие, когда из грубого куска металла получается блестящая деталь. Не только изящная, но и полезная, она пойдет на блок статора РИФ-13.
Что же, спасибо Михаилу за терпение. Мое присутствие в его смену наверняка повлияло на производительность труда - отнюдь не в лучшую сторону. Это в статье легко все описывать, а у станка, пока хоть что-то не начала понимать, ему пришлось объяснять мне не раз и не два. Аж голова загудела от переизбытка информации и старания все запомнить и исполнить! Здесь ведь счет точности идет на миллиметры. А еще ноги гудят от напряжения.
- Ноги устают, конечно, независимо молод ты, или стар, - признался и сам Михаил. Хорошо, что на производстве предусмотрены технические перерывы - двадцать минут отдыха после двух часов работы. Обед. Мы с мастером механического участка Александром Сурином идем в столовую.Разговорились. Обратила внимание, что на участке много молодежи. Да и сам мастер не вышел еще из этого возраста.
- У нас работают 12 человек, большинство - люди молодые. Не только токари, есть сверловщики, фрезеровщики, слесаря механосборочных работ.
- Вот сейчас много говорится о повышении престижа рабочей профессии. А у вас нет недостатка в кадрах?
- Нет. Я вообще не понимаю, зачем раздули проблему, мол, молодежь не идет в рабочие? С нормальной зарплатой, социальными гарантиями, кадров будет хоть отбавляй. Не всем же телефонами торговать. Да, еще про условия труда забыл сказать, что тоже очень важно. У нас в цеху раньше было холодно. А сейчас провели ремонт, не мерзнем! Уже хорошо!
Скажу сразу, голубцы, предложенные в здешней столовой, мне не понравились. Местным поварам есть над чем поработать. Кстати, столовая - не заводская, с предпринимателями заключен контракт. Новомодный аутсорсинг, так сказать. Предприятие компенсирует стоимость обеда (каждому рабочему по 75 рублей), однако его качество оставляет желать лучшего.
...Здесь склад ненужных вещей. Конечно же, на взгляд праздного дилетанта.
Наладчик от Бога
Мне пояснили, что каждая хранящаяся в цехе железка хоть на что-то когда-нибудь сгодится. Типичная российская психология. Можно сколь угодно подтрунивать над этим, но именно эта привычка всегда спасает, когда приходится туго. Мы во владениях наладчика Рустэма Гильфанова. Ощущение, что оказалась в 70-80-х годах. Над всем разномастным и разнокалиберным добром возвышаются портрет Ленина и величественный герб Советского Союза.
- Ностальгия по старым временам?
Рустэм Раисович в ответ читает стихотворение, смысл которого заключается в том, что не стоит горевать о прошлом:
- А картины это не ностальгия, а история, которую мы должны помнить!
Мне его представили незаменимым работником, а он оказался еще и интереснейшим собеседником. Эрудированным и начитанным. Официально специальность моего нового знакомого звучит так: «наладчик оборудования полуавтоматической сварки». Фактически же ему чем только не приходится заниматься. Мастер на все руки. Рустэм Раисович родом из Уфы. В свое время, обменяв квартиру, приехал в Учалы. Работал на «Лесмаше», потом уходил на горно-обогатительный комбинат. По первому списку вышел на пенсию, затем его пригласили сюда. Уговаривать не пришлось, скучно и маетно ему без железа, без настоящей мужской работы.
- Я ведь в свое время закончил техникум механизации и учета. Работал и на вычислительной машине, одним словом, чем только не занимался, а вот эта работа больше по душе, это мое, - признался он.
Сварочное оборудование - самое распространенное на машиностроительном заводе. Разумеется, активно используется, но активно еще и изнашивается. Если требуется заменить детальку, все идут в кладовые Рустэма Раисовича. Здесь все найдется, всем запасся рачительный хозяин (прошу прощения за первоначальное мнение о складе ненужных вещей).
…Оказалось, руки у меня не из того места растут. И голова как-то иначе устроена. Это вам не статьи писать в офисе или лапшу резать на кухне. Так и не получилось у меня заделаться наладчиком сварочного оборудования. Тут непременно требуются и технические знания, и особые, ухватистые мужские руки, и интуиция. Особая интуиция - понимать, когда и как механизму будет лучше. Подозреваю, что истинные механики автоматы и машины воспринимают как живые существа.
Мужское занятие
Один из самых больших участков - монтажный. Здесь задействованы 30 человек. Чисто мужской коллектив. Тут не до гендерного равенства. Женщинам, даже самым энергичным и напористым, никак не управиться с установкой громоздких флотационных машин.
- В чем сложность нашей работы? Как там в поговорке: гладко было на бумаге, да забыли про овраги. В проектах установки оборудования стараются учесть все нюансы, но все равно приходится корректировать, что-то менять, искать новые технические решения. Ничего, справляемся. То, что мы устанавливаем, работает надежно, - с гордостью говорит начальник монтажного участка Ринат Ахметшин. Где только не работают учалинские монтажники - на территории от Казахстана до Монголии. Часть из них задействована сейчас на реконструкции кровли у себя на предприятии. У машиностроителей не принято, чтобы сапожник ходил в худых сапогах.
Дина Казеева.
Номер газеты:  №74 (26.09.2015)
Короткая ссылка на новость: http://uchalinka.ru/~zFZik